Талантом можешь ты не быть, но человеком…

Недавно я услышала от своей знакомой: «Вот вы пишете о талантливых ребятах-инвалидах – и поют они, и стихи пишут, и спортивные рекорды ставят. А мы не открыли в себе никаких талантов (у Марины – сын инвалид). Наверное я что-то важное упускаю в воспитании…»

Её сын Сеня родился с тяжёлой степенью ДЦП. У него выраженная спастика рук и вялый паралич ног. Он колясочник, обучается на дому. Что и говорить, судьба оставила ему слишком мало пространства для самореализации. Что сказать Марине? Можно отделаться ложно-оптимистическими фразами типа: «Вы ещё проявите себя! Не сдавайтесь без боя!», «Бороться и искать, найти и не сдаваться!» Можно приводить  примеры профессиональной востребованности полностью обездвиженного Стивена Хокинга или покойного Кристофера Рива. Если не учитывать многочисленную  команду, стоящую за ними, и то обстоятельство, что нашли они себя в жизни ещё до трагических обстоятельств.

У Сени нет пока определённых интересов. Да и слишком тяжело ему даётся подростковое физиологическое созревание. Но мама постоянно следит, чтобы сын был «при деле», и вкладывает в это все силы души – будь то выполнение учительских заданий, душеполезное чтение, просмотр передач и видео с воспитательным значением или просто хорошая музыка. В определённые дни Сеня занимается с педагогом дополнительного образования. Воспитывает его Марина в духе православия, где чёткие, без светской размытости, границы между «хорошо» и «плохо», вместо амбиций – помощь ближнему. К праздникам они преподносят подарки друзьям, отправляют с волонтёром посылку в дом престарелых. Даже прогулки используют для добрых дел, засыпая крупу и семечки для птиц в кормушки, висящие на деревьях.

В семье Марины – женщины трёх поколений. Причём они с матерью – инвалиды 2-й группы. Бабушка официально не инвалид, но, с учетом возраста, приближающегося к 90-летнему рубежу, в возможностях своих она, естественно, тоже ограничена. Сенин отец и Маринин муж несколько лет назад погиб в автоаварии. Так что бытовая часть жизни даётся семье непросто. Тем не менее Марина умеет не замыкаться на своих проблемах – она открыта для людей и жизни, интересуется всем на свете, любит читать. И не считает, что им все должны, напротив, всегда готова поделиться душевным теплом. Люди чувствуют это – переступившие их порог однажды после приходят сюда годами, переходя в разряд друзей. А их у Марины много. И все со знаком качества – проверенные временем и бедами единомышленники и единоверцы, живущие по православным законам. Благодаря им  Марина с сыном регулярно  бывают в храме – исповедуются и причащаются, колесят по Пермскому краю, подгоняемые экскурсионно-ознакомительным интересом. И вообще в домоседах не числятся. Марина считает, что главное – отнюдь не материальный достаток, а «погода в доме». Если домашняя атмосфера согрета любовью, то всё преодолимо и не страшны заоконное ненастье и напасти судьбы.

Что ответить Марине на её сомнения? Конечно, похвально, если ребёнок, тем более с ОВЗ, в чём-то проявил себя. Но не надо идеализировать: всякий талант, дарование – это ко всему еще и трудолюбие, и искушение. Потому что не дано предугадать, как побочный продукт этого дара – слава отразится на неокрепших детских душах. И не важен её масштаб – страна, район или детский коллектив, когда и взрослым-то не всегда удаётся сохранить трезвость ума. А на фоне гипертрофированного «Я» меркнут все таланты их обладателя.

Наш современник – старец Паисий Святогорец, к которому выстраивались длинные очереди паломников со всего света, сравнивал свою славу с блеском консервной банки. Он говорил о том, что людям свойственно принимать за золото сверкающую в заходящем солнце банку из-под кальмаров, выброшенную на помойку. Сейчас модно быть ярким. Понятие «хороший человек» убрано далеко и попахивает нафталином. Яркость – свойство чисто внешнее, внутри ты можешь носить хоть ящик Пандоры, набитый змеями грехов. Главное – не открывать его и не показывать другим, да и самому лучше не заглядывать, тем более что быстротечный жизненный поток не оставляет на это времени. Только он имеет свойство переполняться. И что тогда мы видим? Детские истерики, подростковый вандализм. У взрослых всё серьёзнее. Осерчавший на пациента дядя врач в Белгороде убивает его одним ударом кулака, или 28-летний детский психолог забивает до смерти прохожего, посмевшего сделать ему замечание по поводу неправильной парковки. Таких историй всё больше, причём среди людей интеллигентных профессий. И всё больше разрыв между «быть» и «казаться».

Мирской человек грехи прячет. Православный чистит Авгиевы конюшни своей души посредством исповеди, как очищают от грязи жилище и одежду, как моют после трапезы тарелку. Это его духовная потребность – стать чистым не только снаружи, но и внутри. Слава, успех – для верующего понятия внешние, суетные. «Что толку, если весь мир приобретёшь, а душе своей навредишь?»

Марина вложила и продолжает вкладывать в сына большой духовный капитал – желание держать сердце чистым, не замутнённым  грехами, и стремление нести в мир добро. А как часто современные родители, вкладываясь в своих детей только материально, потом удивляются тому, что у чада самое ходовое слово «дай»?

Марину хочется успокоить – пусть другие дети преуспевают в музыке и спорте. Сеня идёт нелёгким путём духовного тружения, постигая самую главную науку – быть человеком.

Мария ПАРШАКОВА

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.