СМЕРТНОСТЬ НА СЕВЕРЕ

В прошлом номере нашей газеты (№ 12 от 7 декабря 2018 года)  в материале  председателя ПКО ВОИ Надежды Романовой «Вода камень точит» говорится о том, что один из самых высоких показателей смертности в крае – в Красновишерском районе, что на самом севере. По данным Пермского фонда обязательного медицинского страхования, в этом же районе очень низкий процент диспансеризации. Может быть, причина высокой смертности в этом?  

Попробуем найти ответ в интервью, которое дала газете «Красная Вишера» главный врач ГБУЗ ПК «Красновишерская центральная районная больница» Наталья Валерьевна Макарова.  Предлагаем краткое изложение материала

Включайте инстинкт самосохранения!

За 9 месяцев этого года в районе зарегистрировано 249 смертей. За это же время родилось 109 детишек. Демографическая ситуация в глубоком минусе. На первом месте среди причин – заболевания системы кровообращения (65 процентов), возраст риска – от 40 до 65 лет. В основном – мужчины. Инфаркты, инсульты на фоне стрессов. Работа вахтовым методом – плохое питание, курение, употребление алкоголя. При заболевании люди не торопятся обращаться к врачу. Среди причин смертности – поздний вызов скорой помощи.

Не пейте, не курите, ведите здоровый образ жизни! – советует врач. – Включайте инстинкт самосохранения!

На втором месте – онкологические заболевания, рост смертей среди молодых. Заболеваний органов дыхания, горла, головы,  щитовидной железы, желудка в районе больше, чем в соседних территориях. Высокая смертность от рака молочной железы. Но если его вовремя заметить, он достаточно хорошо лечится. Вторая категория обследования с периодичностью раз в два года – это маммография. Женщин вывозят в Соликамск два раза в неделю. Почему такой высокий уровень заболеваемости онкологией – вопрос не только к медикам.

В рамках борьбы с онкологией в этом году определена диспансеризация не только раз в три года, а еще и раз в два года – это категории возрастов, когда нужно сдать кал на скрытую кровь (с 49 лет), чтобы выявить рак кишечника на ранних стадиях.

В конце интервью главный врач пожелала читателям: «Верить в будущее, надеяться на свои силы и находить в жизни приятные моменты, чтобы наша нервная система и наши сосуды выдерживали любые стрессы!»

Поможет ли нам диспансеризация?

Мы решили обратиться с этим вопросом к человеку, который на себе испытал ситуацию в Красновишерском районе. Это Раис Шарафиев, 65 лет, коренной житель Красновишерска, много лет занимался строительством и ремонтом школ, в последнее время живет в Перми.

– Приходилось ли вам обращаться за помощью к врачам в Красновишерске?

– Конечно. Семь лет назад опытный хирург Игорь Якимович Минин, бывший в то время онкологом, установил, что у меня на голове появилось новообразование, которое он определил как  рак кожи. Я сдал все анализы в Красновишерске и Перми – два раза ездил, с утра до вечера сидел в очередях. Очень тяжело было – и физически, и психологически. При этом тут же, в платных кабинетах, все делалось быстро.   Потом начал ждать вызов из онкоцентра – неделя, вторая, третья… По телефону отвечают: мест нет. Не дождался, через месяц поехал сам. Неожиданно место нашлось. Сделали операцию, к счастью, все закончилось хорошо. Но у других не так… По кладбищу хожу, такое ощущение возникает, будто весь город уже там.

– Это связано с уровнем здравоохранения в районе?

– Жители жалуются на отсутствие узких специалистов. Случалось, на весь район не было ни одного хирурга! Рожать везут в Соликамск, а это сто километров. Необходимость срочной операции – тоже. Но состояние людей разное. Попасть в больницу без долгой очереди сложно. А ведь есть деревни и поселки, находящиеся от самого райцентра в ста и больше километрах. Кто им поможет?

– Только ли с уровнем здравоохранения может быть связана высокая смертность в районе?

– Нет, конечно. Основные причины, думаю, экономические. Три самые крупные отрасли, работавшие в районе, практически перестали существовать – это бумажное производство, лесодобыча и алмазодобыча. Люди не имеют нормальной работы  и испытывают материальные трудности. Мужчинам приходится работать вахтовым методом, что тоже не добавляет  здоровья. Многие находятся в состоянии постоянной депрессии. Подозрение вызывает и высокая смертность среди мужчин, работавших когда-то на скважинах по добыче нефти, где в начале 80-х годов проводились подземные ядерные взрывы.

– Как местные жители относятся к здоровому образу жизни?

– В городе есть стадион, каток и бассейн. Построена новая школа. Но это больше для детей. В поселках и деревнях нет ничего. Люди трудоспособного возраста пьют и курят.  На этой почве случаются несчастные случаи и преступления. О такой территории сегодня говорят: депрессивная.

– Вы сами проходили диспансеризацию?

– Да, проходил. И быстро понял, что это дело чисто формальное. Специалист посмотрел мои бумаги и воскликнул: «О, у тебя анализы лучше, чем у меня!» Дескать, свободен. Главное, что надо сделать врачу, – это заполнить компьютерный бланк для отчетности. Когда вскоре после диспансеризации я обратился  к тем же медикам с жалобами на состояние здоровья, мне никто не помог – и даже не пытался. Конечно, люди видят такое отношение – и диспансеризацию проходить не желают. Проблемы здоровья и смертности, похоже, надо решать с другого конца.

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.