Полина БЫЧЕНКО: «Мне пришлось заново родиться…»

Если дорогу тебе перегородил внезапно упавший камень, это не значит, что путь твой закончен. Это значит – отныне ты сам должен торить свой путь. Важно поверить, что обрушившееся горе – это не глухой тупик. Что по ту сторону беды есть жизнь. Более суровая и честная.

Полина Быченко знает это не из книжек. Она не бунтовала и не сражалась с судьбой-злодейкой.  Да и на сурового бойца она не похожа – большие задумчивые глаза, проникновенный голос, изящная линия тела… Просто упорно училась жить заново.

Химию Полина полюбила ещё в школе. Может быть, это косвенное влияние профессии мамы – фармацевта в аптеке,  ведь лекарства – не что иное, как труды химии во благо здоровья. А может, интерес к этой науке пробудила сама атмосфера родного города Березники – оплота химической промышленности по производству калийных удобрений. Вот и папа до рекордных 65 лет трудился в шахте на добыче калийной руды. Так или

иначе, но всё вокруг было завязано на науке о превращении веществ. И неудивительно, что на 7-м году учёбы в школе Полина выбрала специализированный химический класс. Вопрос выбора вуза почти не вызывал сомнений – в недолгой конкуренции с ин­язом победил химфак. К этому времени старшая сестра уже закончила первый курс столичного вуза – начало было положено, и Полина без особого труда влилась в ряды Московского института тонкой химической технологии.

Москва – город молодых. Если у каждого мегаполиса своя музыка, то сердце Родины бьётся, похоже,  в ритме рок-н-ролла. Полина была настроена с городом на одну волну и заряжалась его энергией. Предэкзаменационная лихорадка, безденежье, голодные дни – случалось и такое, подработка официанткой в японском ресторане и молодёжные тусовки – опыт самостоятельной жизни Москва переплавляла в науку самопознания. Здесь встретила Полина любовь и верных, как оказалось позднее, проверенных бедой подруг. К концу 5-го курса она уже не представляла дальнейшей жизни без этого продуваемого сквозняками Вавилона на семи холмах. Последний рубеж – защита диплома была запланирована на сентябрь. Закончив дела, Полина вырвалась в Березники – навестить родителей.

После череды августовских трагических событий этот месяц стал внушать нашим сооте­чественникам  страх. Август 2006-го тоже получил свою чёрную метку – теракт на Черкизовском рынке унёс жизни и здоровье многих людей и стал переломным – в прямом смысле – для Полины. Автоавария. Перелом позвоночника. В одночасье перечёркнуто всё, что наполняло жизнь, остались только боль и отчаяние, которыми, казалось, можно затопить весь мир. В то время, когда однокурсникам торжественно вручали дипломы, Полина была прикована к больничной кровати. Операция в Пермской краевой больнице была сделана непрофессионально – это признала специальная медкомиссия: движения в ногах исчезли, пропала их чувствительность. Нижнюю часть тела парализовало. Будто ставя жестокий эксперимент на выживаемость, судьба разнообразила пыточный арсенал. «Милый друг», с которым три года были парой и строили планы на будущее, при­ехал в Березники, а увидев вместо прежней деятельной Полины лежачую больную, – дезертировал. Пришлось пережить и это. А потом пошли ухудшения со стороны здоровья. Специалисты Новосибирска, к которым обратилась семья, рекомендовали срочно выезжать на  операцию. В Новосибирске позвоночник Полины заковали в металлоконструкцию, закрепив её на тонких девичьих позвонках по-слесарному – болтами и гайками. Год после операции Полина пролежала в постели, не в силах ни держать голову, ни повернуться набок без помощи мамы, неотлучно находящейся рядом и днём, и ночью.

– Боли были адские, – собеседнице до сих пор трудно даются воспоминания о пережитом. – Когда я уже стала пробовать присаживаться на кровати, то возникало ощущение, что тело мешком висит на конструкции, вмонтированной в позвоночник.

И всё же она решилась на новую операцию – по свежему рубцу там же в Новосибирске ей сделали пересадку стволовых клеток. Новые технологии, увы, не оправдали надежд, как и последующая операция – трансплантация периферического нерва, сделанная через год в Москве. Страждущий человек хватается за любую «соломинку», несущую надежду, а врачи не слишком склонны к откровенным беседам. Между тем практика показывает, что тканевая инженерия, применяемая при лечении спинного мозга, находится на стадии научного поиска и отнюдь не является панацеей. По крайней мере – пока.

Спустя два года после окончания института и находясь в отчаянном положении, Полина всё же нашла в себе силы для защиты диплома по скайпу. Свой, почти героический поступок собеседница объяснила просто:

– Я не понимаю людей, которые нигде не учились и не хотят этого делать. Это значит – им ничего не нужно в жизни и не к чему стремиться.

А потом был многолетний марафон по реабилитационным центрам: Новокузнецк, Бердск, Иркутск, Москва. И снова по кругу – Бердск, Новокузнецк, Пермь… Каких преодолений стоило Полине возвращать к жизни своё разбитое аварией, истерзанное хирургическим ножом тело – через бессилие, боль, держась порой только на упорстве,  по капле выжимать из своего-чужого тела сохранившиеся возможности и уцелевшие ресурсы. Вот она уже сама одевается. А вот – ещё немного – и будет сама пересаживаться с коляски. Когда это удалось, то стало  настоящим прорывом, меняющим качество жизни. Правда, для этого пришлось проявить характер и устранить фактор, препятствующий самостоятельности, – отправить домой маму, всегда рвущуюся помочь.

В одном из реабилитационных центров специалист не сумел правильно оценить состояние Полины, и ей стали давать слишком большую нагрузку. В результате произошёл отказ одной  из функций организма. Это при том, что основные принципы реабилитации – адекватность нагрузки физическому состоянию пациента и постепенность её наращивания – ни в коем случае нельзя  форсировать нагрузку. Ошибки дорого стоят, и возникают они из-за отсутствия единой системы реабилитации у нас в стране, которая включала бы и преемственность, когда пациент передаётся из рук в руки с учётом предыдущего опыта. Однако человек, недавно оказавшийся на коляске, не может ждать, когда наша эпизодическая реабилитация станет единой системой, потому что потерянное время – это упущенные возможности. В реабилитационных центрах перед глазами Полины прошло много молодых инвалидов, и каждый со своей историей. Обобщая свой и чужой опыт восстановления после травмы, она сделала такой вывод:

– Никакие реабилитационные центры не поставят тебя на ноги. Они могут дать только толчок, показать направление, а дальше всё зависит только от тебя самого – насколько ты сам хочешь себе помочь.

Между курсами реабилитации, почти 3 года, папа, разрабатывая Полине ноги, крутил ими «велосипед». Но пребывание дома в Березниках было сродни жизни на необитаемом острове – одноклассники давно разъехались, выйти из дому не представлялось возможным, поскольку городская инфраструктура не адаптирована под коляску. В какой-то мере общение в Интернете выручает, но оно, как субпродукт, который хорош только в виде дополнения к натуральной пище – живому взаимодействию с людьми. В духоте вынужденного заточения нарастало тихое отчаяние, готовое прорвать пограничные рубежи. Только Полина крепко усвоила – судьбу слезами не разжалобить. Она  вступает в общество инвалидов. Находит через Интернет строящийся в Перми дом с учётом потребностей людей на коляске, ещё не будучи уверенной – переедет ли туда сама (всё же другой город) или будет сдавать жильё.

Когда из переписки по Интернету Полина узнала о предстоящем рыболовном фестивале в городе Чайковском, то сразу принялась собирать команду из трёх колясочников, как требовалось по условиям организаторов. «Мне интересно всё новое», – объяснила собеседница свою решительность.

Вытянувшаяся вдоль Камы цепочка из двухсот с лишним участников с удочками смотрелась довольно живописно.  Не всякий бы решился прожить, пусть маленькую 3-дневную жизнь в неприспособленных к коляске условиях – в  палатке, с умывальником на свежем воздухе, но ребятам понравилось. Новые знакомства, бликующие на солнце лещики и подлещики, умиротворение природы и апофеоз действа – ароматная, дымящаяся уха – всё это заслоняло бытовые неудобства. А сколько было радости, когда они услышали, что их команда заняла 1-е место! С тех пор березниковцы стали завсегдатаями ежегодного рыболовного фестиваля. Следующий приезд ознаменовался призовым 3-м местом, хотя число участников возросло в 2 раза, а это свидетельство того, что удочка – верное средство спасения утопающего. В прошлом году Полине было присуждено 2-е место в личном зачёте.

Между тем в обществе инвалидов текла своя жизнь. Для пермского фестиваля талантов ребята подготовили танцевальный номер, в котором Полина была единственной в команде участницей на коляске. После выступления к ней подошла Екатерина Манохина – руководитель ансамбля танцев на колясках «Гротеск» – и предложила попробовать свои силы в составе их коллектива.

– До этого фестиваля я никогда не танцевала на сцене. Предложение было таким неожиданным, что мои сомнения длились целый год, потому что я и раньше-то не была спортивной.

Уже год Полина тренируется под руководством Екатерины Манохиной. Её первое выступление состоялось в прошлом году. Танцевальный номер они ставили в паре с Алексеем Фотиным (многократным чемпионом России и мира), тренируясь каждый день, кроме выходных. А недавно Полина участвовала в фестивале танцев на колясках.

– Мне очень хочется добиться результата. Алексей – опытный, сильный партнёр, я многому у него научилась. Вообще мне нравится сама атмосфера тренировок – можно сказать, душевная, мы все прошли через похожие испытания и понимаем друг друга.

Танец – это не только красивое зрелище, но и поддержание физической формы, и эмоциональный заряд. Теперь  Полину никак нельзя назвать неспортивной. Самые яркие пятна в комнате – розовые гантели и огромный синий мяч – подтверждение её приверженности спорту. Не так давно Полина освоила ещё и плавание. Это случилось в Евпатории прошлым летом. В краевом обществе инвалидов ей предложили пройти курс реабилитации по программе «Основы независимой жизни человека на коляске».

– Это настолько отличалось от всего того, что было раньше! Инструктор с первого взгляда понял, что нужно именно мне. Он был так заинтересован в результате и настолько профессионально действовал, что  я смогла преодолеть страх воды.

Занятия проходили на базе центра спорта «Эволюция», где готовят паралимпийских спортсменов. За 15 дней ребята прошли не только физическую реабилитацию, которая включала ЛФК с вертикализатором, тренажёры и игровые виды спорта (бочча, парабаскетбол, регби, парабадминтон, теннис и дартс), но и психологическую, и социальную. На уроках по преодолению препятствий их учили самостоятельно преодолевать бордюры, ступени и рельсы. Занятия по арт-терапии раскрывали скрытые таланты – вокальные, художественные, актёрские. Чувствовать себя увереннее в жизни помогали беседы о юридических правах людей на коляске, о перспективах трудоустройства и планирования семьи. Была даже адаптированная кухня со специальным подъездом к раковине, с полками, перемещающими блюдо из духовки на стол, и зеркалами, позволяющими заглядывать в кастрюлю, стоящую на плите.

Двадцать восемь колясочников из разных регионов страны увозили домой не только дипломы о прохождении курса независимой жизни, но и позитивный настрой на будущее. А это так важно – верить, что с постигшим тебя несчастьем жизнь не заканчивается. Терять близких нелегко. Не менее трагично в одночасье  лишиться себя прежнего – почти погибнуть.  Но как трудна и мучительна дорога сквозь высокую концентрацию боли к новому обретению себя самого. Полина призналась:

– Лет 5 после травмы не хотелось жить. Было очень тяжело. Мне пришлось заново родиться – учиться жить с ноля, с другим телом, но с памятью о прошлом, которое не даёт покоя. Другого выбора просто не было – он уже сделан кем-то свыше. Пришлось воспитать в себе стальную жёсткость характера, на людях – улыбаться, даже когда ты не в силах терпеть эту боль, а вернувшись домой, упасть на кровать и разрыдаться от бессилия и безысходности. Пришлось изменить свой взгляд на мир и на некоторые моральные ценности. Через столько пришлось пройти, что я даже не помню, какой была. Я знаю себя сейчас и уверена – полноценно жить на коляске можно, как бы ни было тяжело. Если этого очень захотеть.

С того трагического августа прошло 10 лет. Сегодня Полина – вполне самостоятельный человек, хозяйка однокомнатной квартиры в Перми – с налаженным бытом и решаемыми трудностями. У подъезда припаркована  авто – курсы по вождению собеседница закончила во время прохождения реабилитации в Перми. Беспокоясь о здоровье родителей, она часто ездит в родной город – одна! – 3 часа в один конец. Поездки в магазин за продуктами делает с подругой. При острой необходимости могла бы справиться и одна, но в этом случае без помощи окружающих не обойтись – чтобы убрать коляску в машину, нужны сильные мужские руки. Можно было бы назвать Полину победительницей обстоятельств, но когда обезболивающие таблетки – вынужденные и постоянные спутники, а каждый день – преодоление, то почивать на лаврах не приходится.

И ещё – зарегистрировавшись на специальном сайте, Полина выполняет контрольные по химии для интернетовских заказчиков. Привело её сюда ностальгическое желание окунуться в родную стихию химических формул. «Я по-прежнему люблю химию», – объяснила она просто. Чем больше таких вот «зацепок», тем убедительнее в человеке утверждается жизнь.

Мария ПАРШАКОВА

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.