Главное – не расслабляться

или Случайная встреча и предыстория знакомства

Перед моим визитом в районный отдел соцзащиты сведущий человек меня предупредил: придешь рано – попадешь на штурм. Помнишь, как в советские годы в пустые магазины выбрасывали сосиски? Придешь поздно – завязнешь в очереди. Проверив крепость пуговиц, я прибыла на место за 20 минут до открытия. Под запертыми дверями уже томились шесть пенсионеров. Это еще куда ни шло, подумала я, но позже оказалось – еще несколько человек схоронились до поры в беседке за кустами. Эти пришли за час.

А народ все прибывал, и ряды уплотнялись. До открытия учреждения оставалась пара минут. Напряжение нарастало. Слух резанули нервные выкрики – это осадили подобравшегося к  дверям незаслуженно близко. Все были на низком  старте, и каждый ревниво оценивал рывковые данные соседа. И вот – как выстрел – хлопнул замок. Дверь распахнулась – и затор прорвало. Людские ручейки заструились по коридору и вверх по лестнице. Меня понесло течением на второй этаж. Там указали на первый. С  первого отправили туда, откуда я пришла только что. Наконец, усмиряя тяжелое дыхание, я оказалась в нужном кабинете. Пока решался мой вопрос, было время осмотреться. В поле зрения попадало пять сотрудников, углубленных в изучение мониторов. Два посетителя ожидали своей участи, как на приеме у участкового врача. На лице одного читалась решимость борьбы, другого – уныние. Неожиданно у моего специалиста возникла загвоздка с компьютером.

– Даниил, иди-ка посмотри, – громко попросила она в пространство кабинета. Из-за стола у противоположной стены поднялся молодой человек. Несколько метров до нашего стола он преодолевал с видимым усилием из-за спастики в ногах. После манипуляций с клавиатурой молодой человек успокоил коллегу: поломки нет, компьютер скоро «отомрет». Прогноз подтвердился, и решение вопроса было-таки доведено до логического конца.

Но просто уйти, не удовлетворив профессионального интереса к сотруднику соцзащиты, я не могла – работающий представитель «нашей братии» с аббревиатурой «ОВЗ» – не рядовое явление. По статистике цифра трудоустроенных инвалидов в России в последние годы колеблется около отметки в 20%. В Пермском крае примерно такой же процент. В основном сюда входят инвалиды 3-й группы. После короткого знакомства Даниил Гашенко согласился на свидание в нерабочее время – поделиться опытом трудоустройства и рассказать о себе читателям газеты.

ВСЁ РАВНО РАБОТАТЬ БУДУ

Собеседник оказался в меру слово­охотлив. Ему 27 лет. Он инвалид 2-й группы с диагнозом ДЦП.

 – Даниил, вы работаете в отделе предоставления гарантий социальной защиты, а в чем заключается ваша работа?

 – Я забиваю в таблицы данные по оплате льготниками жилищно-коммунальных услуг. Эти данные присылают бухгалтеры ТСЖ, ЖСК и УК. На основе этих показателей программа сама высчитывает и назначает сумму компенсации. При несогласии гражданина с начисленной суммой компенсации он приходит на прием, и ему вручную делают перерасчет. Если по каким-то причинам сведения о льготниках остаются непредоставленными, я связываюсь с бухгалтером и запрашиваю информацию. Раньше специалисты, работающие на приеме граждан, выполняли всю эту работу сами. С моим приходом они разгрузились. Всегда много текущей работы: заполнить бумаги, поставить подписи… По ходу дела устраняю  неполадки в работе компьютеров – если принтер вдруг перестал печатать или мышка забарахлила. Ведь моя специальность – прикладная информатика. Меня и взяли из-за технической специальности.

– Труд специалиста соцзащиты не из легких. Работа с цифрами требует внимательности, с людьми – терпения.

 – Я работаю с бухгалтерами. Непосредственно гражданами не занимаюсь, но нахожусь в одном кабинете со специалистами, ведущими прием, и вижу, что посетители бывают разные. Кто-то доказывает свою правоту криком, порой в нецензурных выражениях. Практиканты, которые к нам приходят, все это видят и, отработав положенное, быстренько убегают. Желания остаться у них не возникает.

– Я заметила, что коллектив у вас в основном женский.

 – Коллектив хороший, доброжелательный. Когда пришел сюда работать, все было непонятно. Мне подробно объясняли, вводили в курс дела. Если сейчас возникают вопросы, всегда могу рассчитывать на помощь. 

– А как добираетесь на работу? До остановки общественного транспорта не слишком близко.

– Утром езжу на автобусе, а вечером папа на машине подхватывает по пути с работы. Но в случае чего могу добраться домой и автобусом. Зимой, конечно, это делать сложнее, когда сугробы и гололед. В колледж я тоже ездил общественным транспортом – один его корпус расположен на улице Мира, другой – на ул. Борчанинова (колледж ориентирован на среднее и высшее образование.М. П.).

– А где  вы учились?

– В 2014 году окончил Пермский филиал Московского государственного университета экономики, статистики и информатики. Сокращенно – МЭСИ. Я изучал программное обеспечение автоматических информационных систем. По складу я вообще-то гуманитарий, а тут пришлось иметь дело с точными науками, информатикой. Ну ничего, справился. Если было непонятно – обращался за разъяснениями.

– Для гуманитария точные науки – пытка. А если выбор добровольный – то это просто мазохизм.

– На мой выбор в большой степени повлияла близость колледжа к дому.

– Наверное, непросто было после учебы трудоустроиться?

 – Поначалу я активно искал работу, ходил на собеседования. Но как-то не складывалось. Интересовался у мамы, нет ли у них в соцзащите вакансий. Там отвечали: пока мест нет. Пробовал работать на дому. Например, с помощью компьютера печатать статьи. Тоже не пошло – заработок небольшой, и сам процесс не вызывал интереса. Спустя два года появилось место в районном отделе соцзащиты. Как только это стало известно, я сразу обратился  в отдел кадров. Все это время я знал, что работать все равно буду – рано или поздно. Иначе нельзя, а то сгниешь дома.

О СЕМЬЕ И ШКОЛЕ

В семье Гашенко три врача-педи­атра. Ее глава заведует детским отделением сестринского ухода. Это отделение для детей до пяти лет, попавших в трудные жизненные обстоятельства и оставшихся без присмотра. Например, чьи родители лишены прав или сами находятся в трудной ситуации. Во время пребывания в отделении – до отправки в детдом или взятие под опеку родственниками – дети проходят курс лечения. Так что на заведующего ложится двойная ответственность: не только лечить, но и устраивать судьбы маленьких пациентов.

Мама Даниила, окончив педиатрический факультет медицинского института (сейчас медуниверситет. – М. П.), положила диплом о высшем образовании на алтарь семьи и, пока рос младший сын, трудилась простой медсестрой в детской поликлинике, занимающей первый этаж дома, где живут Гашенко. Сейчас место ее работы – ООО «Новолетие». Эта организация оказывает медицинскую и бытовую помощь  инвалидам и пенсионерам. Старший брат прошел специализацию по реаниматологии и анестезиологии и, кроме основной работы на скорой помощи, берет дежурства в стационаре. Имея семью и двоих детей, приходится много работать.

Нарушив профессиональную преемственность, Даниил выбрал другую дорогу. Впрочем, так же поступили в свое время и оба его родителя. Семья мамы – рабочая кость, технари. Родители папы и обе сестры получили педагогическое образование. Бабушка учила детей русскому языку и литературе. Покойный дед был директором школы в городе Котельнич и преподавал историю.

При выборе Даниилом места учебы приходилось учитывать и его физическую доступность. Например, медуниверситет по причине множества разбросанных учебных корпусов отпадал сразу. Однако и тяги к медицине мой собеседник не испытывал – слишком много накопилось печального опыта от контакта с ней в качестве пациента. Понятно, что родители-медики использовали весь арсенал научных достижений, чтобы улучшить ситуацию со здоровьем сына. Первая операция была проведена еще в раннем детстве, нарушив безоблачность пребывания в специализированном детском саду на улице Чайковского. Вторая – пришлась на начало учебы в школе. После хирургического вмешательства ноги ребенка были предельно отведены в стороны – на манер плавания брассом – и зафиксированы гипсовой лангетой. Распятый таким образом на несколько долгих месяцев мальчик постигал арифметику и правописание. Учительница приходила к ним домой. Простые детские радости были отложены до определенного срока. Но после освобождения из плена распорок появились трудности другого рода. Ноги, надолго лишенные опоры, забыли свое прямое предназначение, а ослабленные неподвижностью мышцы не могли держать веса тела. Как космонавт, вернувшийся из длительного полета, Даниил заново учился ходить.

Когда на следующий год перед семьей встал вопрос, какую форму обучения выбрать для сына – продолжать ли надом­ное обучение, дальновидные родители не соблазнились легкими путями и решили, что кроме школьных дисциплин, сын должен постигать  науку общения.

Так Даниил стал учеником второго класса школы № 136. Второклассники – народ бывалый, пообтесавшийся. Для Даниила все было вновь: школьный распорядок, толпа незнакомых детей, срывающихся с тормозов после звонка на перемену и ищущих развлечений. Например, дразнить и задирать новенького, зная, что силового ответа не будет. Кому поверять свои обиды, как не маме с папой? Дома успокаивали: сейчас нужно потерпеть, потом будет гораздо легче, к тебе привыкнут. Даниил верил. И терпел.

– Я благодарен родителям, что они отправили меня в школу, – признался собеседник. – Если бы я учился на дому, все было бы гораздо хуже. Интересно, что те, кто тогда в школе меня дразнил, через несколько лет стали со мной за руку здороваться.

Давно разлетелись школьные товарищи, приземлившись кто на поле IT-индустрии, кто  в точках мобильной связи и на предприятии по нефтепереработке. Многие создали семьи, воспитывают детей.

Два года назад класс вновь собрался. Под шашлыки вспоминали школьные годы, рассказывали о себе. Тепло этой встречи греет Даниила до сих пор, и хочется снова оказаться в кругу, скрепленном школьными годами, потому что живое общение не заменит обмен скупыми фразами в социальных сетях.

Жизнь катится по привычным рельсам. По будням – работа с 8.00 до 17.00. В свободное время – профессиональные журналы о достижениях IT-технологий, приятные воспоминания, например, о поездке в Геленджик всей семьей два года назад. Тогда Даниил впервые увидел море. Жизнь скрашивает вислоухий друг – карликовая такса. И все же ощущается порой нехватка общения, накатывает чувство одиночества. Хотя и к этому у Даниила отношение спокойно-философское:

 – Всегда приходится проходить через определенные трудности – моральные или физические, терпеть боль. Главное – не расслабляться, а то покроешься пылью.

А мне подумалось, какая  разная у нас молодежь. Один с ранних лет считает преодоление естественным для себя состоянием, для другого ценность жизни – в легкости скольжения по ней и череде приятностей.

 – Человек все может. Но надо сильно захотеть, – подытожил наш разговор Даниил.

Спору нет, от человека зависит многое. Вот только судьбоносные встречи нам посылаются в награду.

Мария ПАРШАКОВА

Добавить комментарий