За краем края

Kray

До XVII века в Сибирь ходили через Чердынь, по Вишере и Велсу, волоком и дальше по Лозьве, Тавде, Тоболу до Тюмени. Путь был длинным — две тысячи верст. После покорения Сибири Ермаком, в 1595 году, царь Федор Иоаннович издал указ искать «охочих людей» для прокладки более короткого пути. Такой человек нашелся. Соликамский крестьянин Артемий Бабинов, два целовальника (должностных лица) и сорок посошных (служилых) людей построили дорогу за два года! Царь пожаловал Бабинова земельными угодьями в верховьях реки Яйвы и освободил от уплаты податей.

Справа от дороги, по которой мы ехали на Север края, стоит полосатый верстовой столб с вертикальной надписью: «Бабиновский тракт». Самого тракта, выходившего со стороны Верх-Яйвы, давно нет — он зарос лесом. Но место выхода древней дороги сюда известно – дальше он шел чуть выше современной в сторону Чикмана.

Вот и сам поселок. Несколько домов из бруса на горке — это все, что осталось после работы геологоразведочной партии. И два громадных карьера, наполненных водой, с остатками промывочной машины. Алмазы здесь нашли, право на разработку месторождения кто-то купил, но не разрабатывает. Мы решили дать название карьеру — «Алмазный», ведь вода, она тоже сияет бриллиантом под благословенным небом бытия. В любом случае вода для жизни важнее алмазов. Во время нашей поездки воды было много — она лилась сверху и доставала нас снизу.

Магазина и каких-то других признаков цивилизации в Чикмане нет. У кого-то есть старенькие советские машины, у кого-то нет. Короткая улица носит название «Геологов». Люди занимаются пасекой, огородом, лесом — грибами, ягодами, охотой, рыбалкой, своим натуральным хозяйством. Это край Пермского края.

А за краем края живет инвалид Сергей Андреев — у него компрессионный перелом позвоночника, случившийся во время аварии на железной дороге, когда ему было восемнадцать. Последние девять лет он в коляске. Отец умер, мама, Светлана Владимировна, работала у геологов поваром, а сегодня получает 1380 рублей по уходу за инвалидом, плюс пенсия сына, других доходов у семьи нет. Чтобы купить продукты, они нанимают машину для поездки в поселок Скопкортная.

Под потолком проложены два деревянных рельса с колесной парой, с которой спускается матерчатый конец — с его помощью Сергей поднимает себя из коляски и переносит в постель. Рядом – тренажер для ходьбы «Параподиум». Друг семьи, геолог, живущий в Перми, купил Сергею  компьютер и поставил спутниковую тарелку. Поэтому есть Интернет, но с очень небольшой скоростью. В комнате много полок с книгами. Брат Светланы Роман, живущий в Скопкортной, построил просторную баню и широкий крытый проезд к ней, чтобы коляска проходила и её можно было разворачивать.

Инвалиду нужны памперсы и пеленки — сорбирующее белье, которым его обязано обеспечивать государство каждые три месяца. Но вот уже полтора года он ничего не получает. Из Фонда социального страхования Александровского района отвечают: «По вашей дороге не проедешь». Странно, а мы проехали, в сырую погоду.

— Две упаковки памперсов, необходимых на месяц, стоят три тысячи. Одна упаковка пеленок — пятьсот рублей, — говорит Светлана Владимировна, — приходится покупать на последние деньги — и никто нам эти траты не компенсирует.

Сотовой связи здесь нет, жители звонят по таксофону, стоящему на их улице. Чтобы пользоваться им, покупается единая карта оплаты. То и дело отключается электричество — порой на две недели. Холодильники, телевизоры и прочие блага  в это время не работают. Чикман тонет во мраке. На жалобы жителей никто не обращает внимания. В 2012 году, 22 июня, в 4 часа дня, начался ураган, когда с неба полетел град величиной с куриное яйцо. Град пробивал шиферные крыши, бил стекла и уничтожал огородные посадки. Жителям Чикмана был нанесен серьезный материальный урон. Ничего и никто им не компенсировал. «Чикман не существует», — отвечали чиновники.

Мимо дома Сергея ещё два века назад проходил Бабиновский тракт из Европы в Сибирь. Дом Сергея стоит на алмазах. А сам он живет на краю Пермского края, или за краем края. Дальше дороги нет. И что же ждет его дальше? У Сергея два ракурса в жизни — монитор компьютера и один и тот же вид из окна. Он опять смотрит в сторону реки Чикман и видит, как Бабиновский тракт тонет во мраке наступающего вечера.

Юрий АСЛАНЬЯН

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.