ПОСЛЕДНИЙ ТАНКИСТ

Ветеран Великой Отечественной войны Евгений Михайлович Серебряков в январе этого года отметил своё 94-летие. Из всех танкистов, ушедших на фронт из Прикамья, он остался единственным в живых.

Война…

Евгений Серебряков  родился в селе Сальцы Ленинградской области в 1926 году. Когда началась война, всю его семью эвакуировали в Молотовскую область, деревню Залесное – это недалеко от нынешних Новых Лядов (впоследствии, когда создавалось Камское водохранилище, ее затопили. – Ред.). Здесь был колхоз, в котором  работать пришлось женщинам да детям, поскольку все мужчины ушли на фронт. Пятнадцатилетний Евгений стал их бригадиром. Убирали хлеб, грузили в подводу и отправляли в Сылву. Мешки под 100 кг подростку приходилось ворочать самому, и вскоре его мышцы налились силой, и он стал выглядеть совсем взрослым.

В 1943 году, когда ему было лишь 17, прислали повестку из военкомата – пришла и его очередь отдать долг Родине. После того, как окончил в Нижнем Тагиле четырехмесячные курсы танкистов, его отправили на фронт. Танки погрузили на открытые платформы, и состав двинулся на Украину, где в то время шли жестокие бои с фашистами.

До места назначения танкисты не доехали: под Киевом эшелон попал под бомбежку, поэтому дали команду двигаться своим ходом.

 – Я был водителем-механиком танка, – рассказывает Евгений Михайлович. –  Прорывались с боями. Немцы засели на правом берегу Днепра, а наши стояли на левом. Переправу наладить никак не получалось: с воздуха постоянно бомбили немцы. Тогда  мы отъехали на танках вниз по течению Днепра и прошли по его дну, дыша через резиновые трубки. А потом двинулись в направлении 2-го Белорусского фронта. Шли две недели, почти каждый раз принимая бои и теряя товарищей.

Евгения Серебрякова несколько раз ранило, но из строя он не выбывал – был словно заговоренный. Позже он узнает от матери, Марии Алексеевны, что она денно и нощно молилась за сына, чтобы он вернулся живой. И он вернулся, хотя на нем места живого не было от ранений.

Пройдя Белоруссию, танковая бригада оказалась в непроходимых Пинских болотах. Валили танками лес и дальше уже шли по нему. Когда выбрались к Западному Бугу, решили вновь  пройти по дну реки. Увы, в этот раз операция была не слишком удачной: потеряли три танка из одиннадцати и 15 человек экипажа.

Впереди была Польша: Люблин, Демблин, Минск-Мазовецкий. Вновь шли по дну реки Вислы, к счастью, более благополучно, чем в прошлый раз. Подошли к Варшаве. И вдруг бригада из 86 танков, в которой воевал Евгений Серебряков, оказалась в окружении, по ней начали жестоко бить немцы. Лишь 17 машин смогли вырваться из плотного огня, да только не из окружения. Был дан приказ зарыться в землю и ждать, ждать, ждать…

Больше двух недель танки, замаскировавшись ветками и землей, ждали приказа. Все это время у танкистов практически не было еды, они вынуждены были довольствоваться почти одной  травой, листьями да зелеными колосками с соседнего поля. Вскоре они увидели двух немецких разведчиков, но те их не обнаружили – маскировка была хорошей.

А на следующий день на поляне, где затаились советские танкисты, появились 11 немецких танков и около 500 человек пехоты. И тогда бригада Серебрякова решила больше не ждать, а атаковать первыми. Следом подключились «катюши», и вскоре от немецкой пехоты не осталось ни человека. Десять фашистских танков были объяты пламенем, а 11-й наши танкисты захватили, обнаружив в нем драгоценности: немцы выво­зили их из Европы.

Далее путь лежал в Восточную Пруссию, были тяжелые бои за Кенигсберг. А потом – дорога на Берлин. 1 мая 1945 года танк Евгения Серебрякова с экипажем из 11 человек – 3 внутри и 8 на броне – отправили в разведку. Неожиданно в 400 метрах от окраины города на них обрушился жестокий вражеский огонь. Танк Серебрякова загорелся. Неимоверными усилиями он  сумел выбраться из него и обнаружил, что, кроме него, никого в живых больше нет.

– Сам я был тяжело ранен в спину, руку почти оторвало, сильно обгорело лицо, так что брови и ресницы так и не отросли потом. Истекая кровью, пополз прочь от горящего танка и вскоре свалился в канаву. Очнувшись, снова пытался ползти и вскоре наткнулся на нашего солдата с рацией, который оказал мне первую помощь. А вскоре подоспели и наши танки. Меня доставили в госпиталь, в котором немец-хирург под присмотром наших солдат мастерски сделал операцию, благодаря которой руку удалось спасти.

А потом был московский госпиталь, в котором Евгению Серебрякову сделали еще несколько операций. В нем он лечился четыре месяца. Здесь и встретил Победу, долгожданную Победу!

…и мир

Осенью 45-го Евгений Серебряков вернулся домой:

– Дали мне инвалидность 2-й группы. Два года ушли на восстановление здоровья, но, постепенно разработав руку, устроился на работу в лесхоз – рубил лес и на лошадках его возил. Потом познакомился с симпатичной девушкой, создали семью. В 1961 году меня пригласили работать на испытательный полигон оборонного завода, в только что созданный цех слесарем-стендовиком. Порой приходилось дневать и ночевать в цехе – так много было работы. В командировки ездил, молодежь обучал, стал бригадиром.

Бригаду Серебрякова, которая неизменно добивалась отличных показателей в работе, всегда ставили в пример. За производственные показатели Евгений Михайлович был награжден орденом Октябрьской революции и орденом Трудового Красного Знамени. А из боевых наград у него  два ордена Красной Звезды, два ордена Отечественной войны I и II степеней и еще более 20 медалей.

Кстати, второй орден Красной Звезды он получил лишь в 2000-м, в год 55-летия Победы, хотя представлен к нему был еще в августе 1944-го – за 10 уничтоженных вражеских танков.

– Вызов в Москву на празднование 55-й годовщины Великой Победы был для меня полной неожиданностью, – рассказывает ветеран. – Нас поздравлял Владимир Владимирович Путин, с каждым здоровался за руку, желал нам крепкого здоровья. Я провел тогда в столице четыре дня: для нас организовали экскурсии по местам боевой славы, посещение Поклонной горы, были концерты с участием известных российских артистов. Все это было незабываемо.

Спустя 15 лет Евгений Серебряков вновь отправился в Москву, чтобы принять участие в главном Параде Победы на Красной площади. Он был тогда единственным из Перми ветераном Великой Отечественной войны…

Евгений Михайлович с женой Анной Викторовной вырастили четырех дочерей и сына. Его дочь Вера Евгеньевна Русских тоже много лет трудилась в цехе № 58 – слесарем, комплектовщиком. Она говорит, что очень гордится своим отцом-героем, который прошел вой­ну, а потом два десятилетия трудился на «Протоне», и здесь, как на фронте, заслужив высокие награды:

– Горжусь отцом как ветераном, так и тружеником, он для всех нас всегда авторитет и пример. Трудолюбивый сам и всех нас, детей, тоже приучил к труду, и мы ему очень признательны за все. Помню, когда училась в школе и что-то не могла решить, всегда обращалась к отцу, и он помогал. Хотя сам окончил всего семь классов.

Сейчас у Евгения Михайловича семеро внуков, восемь правнуков и праправнучка, и он также участвует в их воспитании. Ветеран считает себя счастливым человеком, которого судьба сберегла на войне, хранит его и в мирной жизни: из всех танкистов, ушедших на фронт из Прикамья, он остался единственным в живых. Мы желаем Вам, Евгений Михайлович, крепкого здоровья и долгих-долгих лет жизни! С Великой Победой!

Ирина ГИЛЁВА

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.